Съёмки в Кибуц Холит, пострадавший 7.10.
Или мысли после съёмок за тарелкой горячего супа у тайских рабочих в деревне Эйн-Абсор.
Два дня на границе с Газой (в Отеф). Таких насыщенных дней я давно не помню — с утра и почти до ночи. И всё это было в тот самый шторм, но, к слову сказать, в тех местах такого потопа не было, хотя совсем рядом — Сдерот, который подзатопило. Ну и как следствие — грязнючие сапоги, замёрзшие руки и зачатки простуды у обоих, куда без этого.
За два дня мы отсняли практически 3 новых фильма. Были моменты, которые не удалось доделать: один герой отменился, точнее перенёс, ну и дрон тоже не подняли по погодным причинам. Поэтому планируется очередная поездка скоро, чтобы всё закончить.
Если очень коротко, так как каждый герой — это тема отдельного поста. Удалось поговорить с полицейским, который работал на Нове и лично вывел несколько сотен человек. Мне было интересно узнать, что знала полиция в первые минуты и часы и какие приказы они получали. Ответы на все вопросы есть, оставлю это для фильма.
Ещё один герой из Нова, таких историй у нас ещё не было: лежал в мигуните на трассе 232, где было ещё десятки людей и куда закинули 4 гранаты, а потом всех, кто шевелился, добивали из автомата. Я не знаю, чудеса это или что, но парень весь в ранениях — выжил. К счастью, он не единственный, кто выжил — в этом мигуните была Юваль Рафаэль, девушка, представлявшая Израиль на Евровидении.
Уже перед выездом второго дня, когда совсем стемнело, и мы перед возвращением зашли к тайцам — отогреться под навесом их великолепным, вегетарианским горячим супом — мы продолжили разговор про кибуц Холит, где закончили сьемку. Ощущения от увиденного хорошо сформулировала Зои Альберт Кац в своём посте на странице в ФБ, потому что я бы так точно не смог сказать. Обязательно почитайте её пост.
Очень маленький кибуц, где живут всего 3 семьи. Кибуц-призрак: пострадавшие дома с разбросанными игрушками во дворе, пустые детские площадки, одинокие коты, которые хотят человеческого внимания и угощений. Хотя дома стараются восстанавливать и даже строят новый детский сад.
Наш герой был в этом аду 7.10 и выжил. В соседнем доме от него террористы создали штаб-квартиру, где во дворе изучали карты своих маршрутов и курили кальян. Оставим все подробности для фильма, всё расскажем и покажем.
Каждый раз, общаясь с жителями разных кибуцов — и даже с теми, кого мы не сняли по разным причинам — слышишь очень похожие вещи. Есть ощущение, что такие небольшие кибуцы могут не вернуться к жизни. Причин очень много, и сами жители этого не исключают.
Те, кто уехал, — большинство не хотят возвращаться. Новые люди, понимая, что там происходило, тоже вряд ли приедут. Люди из-за границы, живущие в своём информационном поле, — тем более.
У местных — серьёзные посттравмы, отсутствие чувства безопасности, тяжёлые воспоминания об этих местах и многое другое. Плюс дома в кибуцах не являются частной собственностью жителей (у кого-то являются, у немногих, но тут я не до конца разобрался в системе, у всех по-разному) — и зачем возвращаться, если можно начать новую жизнь в другом месте, чем большинство уже и занимается.
Меня посетила мысль: на протяжении сотен лет во многих государствах постоянно происходили события, всё менялось — разрушалось, перестраивалось, менялись концепции и уклад. Государство Израиль настолько юное, что мы даже не представляем, сколько впереди ещё разных исторических этапов. Люди селились в кибуцы строить страну — и они её построили.
Идея «коммуны» для нового поколения не из кибуцев, возможно, уже устарела. Да и ситуация с приграничными зонами сейчас оставляет желать лучшего.
Мы были уже в разных кибуцах, но именно Холит оставил такое впечатление. Это действительно кибуц-призрак — мы всё покажем в фильме. Я сейчас не говорю про такие кибуцы, как Беэри, Нахаль Оз, Нир Оз, хотя, как мы знаем, люди туда не возвращаются до сих пор.
А Холит мы обошли за минут двадцать весь — и он не один такой в тех краях.
В последнем интервью с Диной Леснянской мы обсудили цели Хамас при нападении 7 октября, и очевидно было, что одна из целей — это шум вокруг Газы, и этого они добились. Но после поездки я подумал об их цели — вживить страх в приграничную зону, чтобы люди не возвращались к жизни. Очень надеюсь, что эту цель они не достигли.
Грустно от таких мыслей. И я надеюсь, что они навеяны просто увиденным. Может быть, жизнь туда рано или поздно вернётся. А может — и нет. И что там будет дальше, я не знаю…
Во время съёмок Газа серьёзно гремела от взрывов и пулемётов. Наш герой очень серьёзно реагировал на пулемётные выстрелы — посттравма “во всей красе”. Ребята работают при любой погоде, и слух наш радуется, когда шлифуют эту мерзкую опухоль.
Или мысли после съёмок за тарелкой горячего супа у тайских рабочих в деревне Эйн-Абсор.
Два дня на границе с Газой (в Отеф). Таких насыщенных дней я давно не помню — с утра и почти до ночи. И всё это было в тот самый шторм, но, к слову сказать, в тех местах такого потопа не было, хотя совсем рядом — Сдерот, который подзатопило. Ну и как следствие — грязнючие сапоги, замёрзшие руки и зачатки простуды у обоих, куда без этого.
За два дня мы отсняли практически 3 новых фильма. Были моменты, которые не удалось доделать: один герой отменился, точнее перенёс, ну и дрон тоже не подняли по погодным причинам. Поэтому планируется очередная поездка скоро, чтобы всё закончить.
Если очень коротко, так как каждый герой — это тема отдельного поста. Удалось поговорить с полицейским, который работал на Нове и лично вывел несколько сотен человек. Мне было интересно узнать, что знала полиция в первые минуты и часы и какие приказы они получали. Ответы на все вопросы есть, оставлю это для фильма.
Ещё один герой из Нова, таких историй у нас ещё не было: лежал в мигуните на трассе 232, где было ещё десятки людей и куда закинули 4 гранаты, а потом всех, кто шевелился, добивали из автомата. Я не знаю, чудеса это или что, но парень весь в ранениях — выжил. К счастью, он не единственный, кто выжил — в этом мигуните была Юваль Рафаэль, девушка, представлявшая Израиль на Евровидении.
Уже перед выездом второго дня, когда совсем стемнело, и мы перед возвращением зашли к тайцам — отогреться под навесом их великолепным, вегетарианским горячим супом — мы продолжили разговор про кибуц Холит, где закончили сьемку. Ощущения от увиденного хорошо сформулировала Зои Альберт Кац в своём посте на странице в ФБ, потому что я бы так точно не смог сказать. Обязательно почитайте её пост.
Очень маленький кибуц, где живут всего 3 семьи. Кибуц-призрак: пострадавшие дома с разбросанными игрушками во дворе, пустые детские площадки, одинокие коты, которые хотят человеческого внимания и угощений. Хотя дома стараются восстанавливать и даже строят новый детский сад.
Наш герой был в этом аду 7.10 и выжил. В соседнем доме от него террористы создали штаб-квартиру, где во дворе изучали карты своих маршрутов и курили кальян. Оставим все подробности для фильма, всё расскажем и покажем.
Каждый раз, общаясь с жителями разных кибуцов — и даже с теми, кого мы не сняли по разным причинам — слышишь очень похожие вещи. Есть ощущение, что такие небольшие кибуцы могут не вернуться к жизни. Причин очень много, и сами жители этого не исключают.
Те, кто уехал, — большинство не хотят возвращаться. Новые люди, понимая, что там происходило, тоже вряд ли приедут. Люди из-за границы, живущие в своём информационном поле, — тем более.
У местных — серьёзные посттравмы, отсутствие чувства безопасности, тяжёлые воспоминания об этих местах и многое другое. Плюс дома в кибуцах не являются частной собственностью жителей (у кого-то являются, у немногих, но тут я не до конца разобрался в системе, у всех по-разному) — и зачем возвращаться, если можно начать новую жизнь в другом месте, чем большинство уже и занимается.
Меня посетила мысль: на протяжении сотен лет во многих государствах постоянно происходили события, всё менялось — разрушалось, перестраивалось, менялись концепции и уклад. Государство Израиль настолько юное, что мы даже не представляем, сколько впереди ещё разных исторических этапов. Люди селились в кибуцы строить страну — и они её построили.
Идея «коммуны» для нового поколения не из кибуцев, возможно, уже устарела. Да и ситуация с приграничными зонами сейчас оставляет желать лучшего.
Мы были уже в разных кибуцах, но именно Холит оставил такое впечатление. Это действительно кибуц-призрак — мы всё покажем в фильме. Я сейчас не говорю про такие кибуцы, как Беэри, Нахаль Оз, Нир Оз, хотя, как мы знаем, люди туда не возвращаются до сих пор.
А Холит мы обошли за минут двадцать весь — и он не один такой в тех краях.
В последнем интервью с Диной Леснянской мы обсудили цели Хамас при нападении 7 октября, и очевидно было, что одна из целей — это шум вокруг Газы, и этого они добились. Но после поездки я подумал об их цели — вживить страх в приграничную зону, чтобы люди не возвращались к жизни. Очень надеюсь, что эту цель они не достигли.
Грустно от таких мыслей. И я надеюсь, что они навеяны просто увиденным. Может быть, жизнь туда рано или поздно вернётся. А может — и нет. И что там будет дальше, я не знаю…
Во время съёмок Газа серьёзно гремела от взрывов и пулемётов. Наш герой очень серьёзно реагировал на пулемётные выстрелы — посттравма “во всей красе”. Ребята работают при любой погоде, и слух наш радуется, когда шлифуют эту мерзкую опухоль.
